?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Один из многих текстов myrngwaur, от которых кружится голова. Большой, поэтому кат.

Большую часть моей жизни я воспринимал всю историю Ига примерно так же, как и любой средний гуманитарий-недоучка, получивший представление о предмете из школьного учебника и воспринявший его более-менее некритично. Тем более что я, сын диссидентов и дитя девяностых, был, естественно, сквозным западником и Чаадаев был мой рулевой, его я тоже считал источником сугубой правды. А там, сами понимаете, Орда представлена как бессмысленная тираническая хрень, оторвавшая нас от всего хорошего.

Парадоксальным образом через западничество-то я и вышел к Сараю. В буквальном смысле; я добрался до него вместе с Рубруком, незадачливым папским послом, пытавшимся хоть как-то понять, что вот это такое на весь мир свалилось и нельзя ли его как-то на благо Церкви употребить. И глазами доминиканца Гийома я вытаращился в изумлении на огромный город, сияющий изразцами и пахнущий благовониями вперемешку с кизяком, раскинувшийся по берегу невероятной реки, дышащий тысячами дыханий, поющий и плачущий сотнями тысяч голосов. Это было что-то совершенно иное, что-то совершенно непохожее на образ немытых угрюмых ублюдков, приезжавших из ниоткуда за данью и исчезавшими в никуда. А Рубрук поехал дальше, и оказался в мире, живущем по совершенно непонятным ему законам, где города двигались, где вера значила неожиданно мало, а человеческое сотрудничество - неожиданно много, где лошади и люди были чем-то относительно равноправным, где Бога называли "Небо", но неплохо знали его пути, где скрывались и жили своей жизнью диковинные еретики, каких и не видали уже в Европе с тех-то ещё времён.

И упиваясь этой экзотикой, я вдруг с изумлением обретения очевидности осознал, что для людей, говоривших со мной на одном языке, породивших культуру, к которой я как-никак принадлежу, будь я хоть трижды еврей, эта экзотика была чем-то очевидным и естественным. Что это вот в этот полублуждающий поволжский мегаполис те самые, знакомые с детства князья привычно катались за ярлыками. Что именно эти люди, удивительные, опасные, но по-своему не менее цивилизованные, чем европейцы, просто на свой, совершенно особый лад - это те самые "монголо-татары". Граждане и дети Орды. И та самая Европа, от которой якобы оторвало нас Иго, сумела, пусть и не без труда, тогда и там разглядеть этих людей и понять их, и увидеть в них не только ужас, но и Возможность. И чингизид Хулагу привел своих конников на помощь крестоносцам, и пал высокостенный Багдад, и на руинах Аламута завыли шакалы, и звезда Ильханов засияла на время рядом с латинским крестом; и Дорога Шёлка легла от Пекина до Новгорода и Балтийской Ганзы, и людские реки потекли по ней.

Это достаточно простое ощущение - не было никакого разрыва, никакой дикой азиатчины, было что-то совершенно другое, странное и выпадающее из сложившейся в головах картины средневековья и при этом удивительно органично вписавшееся в картину средневековья реального - и это ощущение стало для меня первичным в достаточно долгом пути.

Уже потом со мной случились позднемонгольские тексты, эпические и лирические песни, чжунгарская степь, потрясающая история казахов, игра престолов на просторах чёртовой Сибири - всё то, что выросло потом из Орды, растеклось из неё по времени и пространству. А ещё более потом я таки оказался на Волге примерно в том самом месте, где стоял Сарай, и увидел своими глазами ту же Мать Рек, с которой встретился лицом к лицу Бату-хан, и я окончательно понял, почему он решил забить болт на продолжение завоеваний и навсегда остаться тут.

И ещё. Именно через Орду и благодаря ей я испытал впервые в жизни интенсивный интерес к отечественной средневековой истории. Как это выглядело для меня раньше? Примерно так: пока в Европе всё гремело и сияло, росла и развивалась цивилизация - у нас сперва была унылая княжеская грызня, а потом триста лет бессмысленного мрака и унижения, не давшие ни стране, ни миру ничего. А потом постепенно как-то оттуда вылезли, и опаньки, Пётр, вот с Петра начиная снова интересно. Между Мономахом и Петром - просто болото, депрессия и пустота. И прикольный Лжедмитрий как луч света в темном царстве.

Орда научила меня, что всё это якобы серое и пустое время на самом деле было крайне интересным. Что именно в этот период человек, родившийся в Чернигове, мог торговать в Пекине, а ремесленник из Пскова работать в Каракоруме. Что через и сквозь тогдашнее русско-ордынское общество прокатывались колоссальные волны перемен, бравшие начало где-нибудь в Средней Азии, а откликавшиеся эхом у ступеней тронов краковских королей и венских архиепископов. Что уникальный новгородский эксперимент был обязан своим существованием именно уникальному же экономическому пространству Орды. Что это было опасное время, местами страшноватое время, время больших испытаний на прочность, время серьёзных индивидуальных рисков - но это ни в коем случае не было "потерянное" время, и оно не было бесплодным, оно оставило большие и значимые следы в непосредственно том социуме, в котором мы живём до сих пор. Оттиски ордынской тамги - в нашем языке, в нашем подходе к расстояниям и верам, в нашей крови в буквальном смысле. Это не значит, что мы, как это сейчас принято говорить иногда, какие-то там "наследники Орды". Оставим эту честь татарам и казахам. Но мы несомненно до изрядной степени мечены Ордой. Где-то на той стороне Сарай все ещё стоит, и его золотые крыши и изразцовые стены все так же видны за вёрсты и вёрсты волжской степи.


Он здесь

Profile

treasure2011
Елена Михайленко

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner